Заповедник или турпродукт?

 

Заповедник или турпродукт?

Со времён своего появления на Земле, человечество ведёт активную деятельность по «покорению» природы. Как говориться — мы не можем ждать милостей от природы, взять их у неё — наша задача. И мы берём, порой бездумно, неосмотрительно, преступно загаживая и убивая живую свою планету. Часто по отношению к окружающему человек руководствуется исключительно потребительскими мотивами. И это наносит вред не только природе, но и самому человеку. В качестве примера можно привести недавнюю катастрофу в Мексиканском заливе. Да что далеко ходить — повсюду в водоохранных зонах строятся коттеджи, гостиницы, турбазы. Многочисленные пожары, варварские вырубки лесов стали причиной сокращения численности многих животных и растений, в том числе амурских тигров и, в самом недалёком будущем, приведут к полному вымиранию дикой популяции дальневосточных леопардов.

 

Однако, до недавнего времени, у людей всё же хватало благоразумия сохранять нетронутой хоть какую-то часть дикой природы. Именно поэтому на территории нашей страны действовали такие необычные для всего мира природоохранные организации, как заповедники. Их предназначение скрыто в древнем названии. И слово это происходит от слова «заповедь» — правило, непреложный закон, за нарушение которого следует неминуемое наказание. Перевода, который отражал бы заложенный в слове глубочайший смысл, не существует ни в одном иностранном языке.

Заповедная система России формировалась и выживала в непростых условиях. Но всегда побеждало главное — заповедное должно быть заповедным. Важнейший принцип охраны природы, именно он отличал нашу систему от систем всех других стран. Везде в мире существует абсолютно другое понятие — резерваты. В чём отличие от наших заповедников, объясню на примере одного из резерватов Германии, который расположен в землях Тюрингии. Так вот, в самом центре этого резервата, в так называемой «ядерной зоне» находится не что иное, как танковый полигон. «Да что вы, — могут сказать нам ведущие наши политики, — у нас-то страна большая, места для полигона найдутся». Конечно, найдутся, но что помешает государству построить на территории ООПТ гостиницу, визит-центр, горнолыжный курорт или, скажем, футбольный стадион. Ведь ныне в нашей стране так много внимания уделяется спорту… Абсурд! Абсурд ли?

Для существования заповедников в нашей стране всегда находилось место, а у государства всегда были средства поддерживать их деятельность, отдавая тем самым хоть какую-то часть сыновнего долга по отношению к матери Природе, сохраняя в неприкосновенности кусочки удивительного мира, созданного когда-то Творцом. А ведь этот мир весь был когда-то прекрасен. И по воле человека он во многом утратил и продолжает утрачивать главное — красоту! Понятно, что прогресс не остановишь, и современная цивилизация не сможет обойтись без благ. Но хотя бы где-то в этом донельзя обжитом человечеством мире оставались нетронутыми заповедные уголки. На сегодняшний день в нашей стране насчитывается 102 заповедника, 42 национальных парка и 69 заказников, что составляет 2,7% (всего-то!!!) от территории страны.

Ныне отношение государства ко всем ООПТ, в том числе и к заповедникам, меняется кардинально. Из этих территорий планируется сформировать «туристический продукт», который можно будет неплохо продать не только на местном, российском, но и на мировом туристическом рынке. В востребованности такого «эксклюзива» можно не сомневаться, так как до сих пор большинство заповедных территорий России было закрыто для посещений и рекреационной деятельности. А запретный плод, как водится, сладок, а значит и притягателен! Необходимо лишь «разработать и внедрить единую цивилизованную политику формирования цен на экотуристические программы и услуги».

В самом ближайшем будущем на территории нашей страны будет вестись «…разработка стратегической долгосрочной программы развития экотуризма в регионах с интеграцией развития экотуризма в региональные планы социально-экономического развития». Вот так, ни больше, ни меньше. Доходы региона будут зависеть и от степени эксплуатации ООПТ.

Для того, чтобы получился удобоваримый «продукт» для туристов, посещение коими заповедных территорий, кстати, будет определяться «степенью приоритетности», необходимо «усовершенствовать инфраструктуру экотуризма» на ООПТ, в том числе и в заповедниках.

И вот тут ранее была загвоздка. Заповедники, согласно определению, данному в популярном биологическом словаре Н.Ф. Реймерса — это территории, охраняемые законом, нацело исключённые из любой хозяйственной деятельности (в том числе запрещено посещение их людьми) с целью сохранения в нетронутом виде природных комплексов, охраны видов живого и слежения за природными процессами.

Как известно, земля, воды, недра, растительный и животный мир, находящиеся на территориях государственных природных заповедников, предоставляются в пользование (владение) государственным природным заповедникам на правах, предусмотренных федеральными законами.

Потому, только и надо — внести в этот закон необходимые изменения. На то она и власть, чтобы законы придумывать и менять, если в том возникнет потребность. Для начала внедрили в деятельность заповедников понятие «природопознавательного (экологического) туризма» и призвали работников этих организаций таковым заниматься. А как займёшься, коли места заповедные дикие — сами сотрудники в полевых условиях с палатки на зимовья перебиваются? Туристов-природопознавателей принимать и вовсе негде — территория не приспособлена и посещение её людьми законом не разрешено. Значит, надо разрешить. Для этого всего лишь придумать и принять подходящий «закон». Для этого существует Дума и входящие в её состав «думцы». В каком направлении мыслить, всегда готова подсказать правящая партия. В чём же дело — собрались и придумали. Вот выдержки из федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», который, по свидетельству Гринпис, в данный момент в обстановке строжайшей секретности, рассматривается государственной думой:

Статья 4. «Использование земельных участков земель особо охраняемых природных территорий»

В случаях, если разрешенное использование земельных участков особо охраняемой природной территории допускает размещение объектов капитального строительства, федеральный орган исполнительной власти, орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации, в ведении которого находится особо охраняемая природная территория, обеспечивает утверждение документации по планировке территории, в порядке, установленном Градостроительным кодексом Российской Федерации без проведения публичных слушаний и согласований.

Разрешение на строительство объектов, строительство, реконструкция или капитальный ремонт которых осуществляется на особо охраняемой природной территории федерального значения, выдаётся федеральным органом исполнительной власти, в ведении которого находится особо охраняемая природная территория.

Так что, уважаемые будущие экотуристы, как говориться, готовьте «бабки». Именно от них зависит «степень приоритетности» по отношению к вам. И мы, работники ООПТ при актив-ной поддержке государства, будем обязаны сформировать у себя на территориях подходящую для вашего кошелька «инфраструктуру». Построить визит-центры, музеи, гостиницы, возможно с бильярдом, и бани, возможно, с массажистками. Захотите пройтись по территории — будут вам оборудованные всем необходимым тропы, возможно, с дикими (или специально обученными) зверями, чтоб вы могли фотографировать. За отдельную плату, конечно. И государству — выгода, да и нам, убогим работникам ООПТ — прибавка к зарплате. А то, может быть, вы захотите в футбол поиграть или на горных лыжах прокатиться? Государство позволит. За отдельную плату, конечно…

А что дальше? И дальше — всё строго по закону.

Статья 7. Порядок создания и изменения границ государственных природных заповедников и их охранных зон

Изменение границ государственных природных заповедников допускается в случае расширения их территории либо в случае исключения из его состава земельных участков, использование которых по целевому назначению в виду утраты ими особого экологического, научного и иного особо ценного значения невозможно, при условии включения в границы государственного природного заповедника равноценной по площади и особому значению территории, при наличии положительного заключения государственной экологической экспертизы материалов, обосновывающих изменение границ такого государственного природного заповедника.

Как вы полагаете, не утратят ли заповедники своё особое экологическое, научное и иное особо ценное значение в связи с появлением на их территориях большого количества людей, желающих приобщиться к «познанию» заповедной природы и возникновением разрешённых государством «объектов инфраструктуры», например.

Могу ответить совершенно определённо — утратят! И экспертиза это подтвердит. А уж тем более, что в статье 6 «общие положения о государственных природных заповедниках» сказано:

«Природные ресурсы и недвижимое имущество, расположенные в границах государственных природных заповедников являются федеральной собственностью и полностью изымаются из гражданского оборота, если иное не предусмотрено федеральными законами».

Создание государственных природных заповедников и их охранных зон, а также изменение их границ осуществляется решениями Правительства Российской Федерации, принимаемыми по представлению уполномоченного федерального органа исполнительной власти.

Дальше — ещё интереснее. Перспективы «развития» заповедного дела потрясают:

Статья 11. Порядок создания и изменения границ национальных парков и их охранных зон

Создание национальных парков и их охранных зон, а также изменение их границ осуществляется решениями Правительства Российской Федерации, принимаемыми по представлению уполномоченного федерального органа исполнительной власти.

Национальные парки могут быть созданы также путем преобразования государственных природных заповедников, осуществляемого решением Правительства Российской Федерации по представлению уполномоченного федерального органа исполнительной власти.

Далее — пошло по уже знакомому сценарию:

Изменение границ национального парка допускается при расширении его территории либо в случае исключения из его состава земельных участков, использование которых по целевому назначению в виду утраты ими особого экологического, научного, историко-культурного, эстетического, рекреационного и иного особо ценного значения невозможно, при условии включения в границы национального парка равноценной по площади и особому значению территории, при наличии положительного заключения государственной экологической экспертизы.

С национальными парками всё ещё проще, чем с заповедниками — статус охраны у них пониже. Территории нацпарков планируется сдавать в аренду частным инвесторам на 49 лет. Прецеденты уже есть. Например, участок тайги площадью в 10 000 га, расположенный на территории Прибайкальского национального парка в районе порта Байкал, уже несколько лет как взят в аренду небезызвестным «национальным достоянием» под названием «Газпром». Вы не подумайте плохого, деятельность арендаторов обещано контролировать с помощью Росприроднадзора и, даже, «…в случае несоблюдения арендатором договорных условий в части сохранения природного и культурного наследия государство вправе расторгнуть с ним договор в одностороннем порядке». Каким реально может быть этот «контроль» мы знаем по примеру печально известного всему миру БЦБК, продолжающего свою грязную работу по загаживанию участка Всемирного наследия — озера Байкала.

Напрашивается вывод: самые «лакомые» кусочки особо охраняемых природных территорий могут отойти кому нужно и когда нужно. С высочайшего ведома и позволения государства. Главный принцип заповедности, сформулированный Г. Кожевниковым и Ф. Штильмарком – любой заповедник должен стремиться к абсолютной заповедности — успешно изживается на государственном уровне. На том же уровне, в недавнем докладе министра Природных ресурсов и экологии РФ, Ю.П. Трутнева: «О концепции развития системы ООПТ федерального значения» сформулирован иной принцип: «Граждане России должны иметь возможность видеть объекты национального природного наследия». За отдельную плату, конечно.

В том же докладе, для примера представлены цифры, отражающие ежегодный совокупный доход от посещений ООПТ. В США, например, он составляет 14,2 млрд долларов, в Кении — 450 млн долларов, а у нас в России всего-то 350 млн. руб., что в пересчёте на доллары — 11,7 млн. Маловато! Особенно, если учесть, что площадь, занятая нашими ООПТ аж 56 млн га! Кстати, в самом ближайшем будущем площадь эта будет увеличиваться за счёт появления новых ООПТ, в том числе и заповедников. Казалось бы — всё прекрасно. Но… «лучше иметь один подлинный заповедник, полностью изъятый из всякого пользования, чем обширную сеть псевдоохранных объектов, решающих «социально-экономические задачи» — цитата из книги Ф.Р. Штильмарка «Отчёт о прожитом».

К сожалению, наше современное государство склонно расценивать ООПТ как места, где зарыты миллиарды. Осталось только немного вложиться на «развитие инфраструктуры» и на поддержку «пилотных» проектов, используя для этого территории государственных природных заповедников. Именно на это с 2011 года обещано дополнительно выделять по 800 млн рублей ежегодно в течении 3-х лет. Список «пилотных» заповедников представлен всё в той же концепции Трутнева: Кроноцкий, Алтайский, Тебердинский, Столбы, Байкальский, Байкало-Ленский, Воронежский. Очевидно, именно этим территориям придётся принять на себя первую волну любознательных экотуристов. Кстати, в докладе вышеназванного министра приведён ещё один интересный факт. Долину Гейзеров в Йелоустонском национальном парке (США) посещают еже-годно 2 000 000 человек, и такую же долину в нашем Кроноцком заповеднике — всего 3000. И его не смущает факт, что у них — национальный парк, а у нас — заповедник!

Байкало-Ленский заповедник, в котором я тружусь со времён своего студенчества, с 1990 года, тоже находится в сём «чёрном» списке. На будущий год нам предстоит «развивать инфраструктуру» и начать массово принимать экотуристов, на законных основаниях получивших «возможность видеть объекты национального природного наследия». Сдаётся мне, что мы пускаем «козла в огород?».

И вновь не могу не обратиться к провидческим словам истинного защитника заповедной системы, безмерно уважаемого мной, к сожалению ныне покойного Феликса Робертовича Штильмарка: «…Если тяжело болеет всё наше общество, то наивно ожидать, что спасётся и останется вне заражения такая малая часть его, как заповедники. И для них главным будет обогащение, коммерция, выгода, именно этим станут руководствоваться и руководители, и работники системы за исключением отдельных энтузиастов». Написал он их в одном из последних своих дневников 7 июля 2004 года. Неужели не останется на планете Земля поистине святых уголков, которые, возможно, могли бы спасти всё человечество только тем, что они просто есть на этой Планете?

Если же нашей экономике действительно так необходим экотуризм, и государство готово вложить в него средства, то почему бы грамотно не развивать уже созданные национальные парки.

Или же надо выделять заповедникам дополнительные средства для создания фото- и видео-продукции, которая даст возможность каждому человеку любоваться красотами объектов национального природного наследия без ущерба для них. Если существующих парков мало — давайте создавать ещё, не покушаясь на заповедные земли и не опуская заповедники с уровня природоохранных и научно-исследовательских учреждений до уровня платного аттракциона! Ведь наша уникальная заповедная сеть и есть то самое народное (а возможно даже и всемирное) достояние, которое мы просто обязаны бережно хранить!

Софья Бунтовская, Байкало-Ленский, пока ещё заповедник

Источник Greenpeace России

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *